January 14th, 2019

Как грек Анастас помог русам взять Херсонес и стал главой Русской церкви

Имя Анастас образовано от древнегреческого слова «воскресение» и означает «воскресший, возрожденный к жизни». В христианской символике это знаменует духовное перерождение.

О жизни Анастаса до 989 г. ничего не известно. По происхождению он был, скорее всего, грек или, возможно, болгарин.

Во время осады Владимиром Херсонеса (987/988 или 988/989 г.) Анастас примыкал к группе херсонитов, сохранившей верность Василию II. Поэтому союзник василевса — русский князь, осадивший город, — также пользовался их доверием. В частности, летопись дает понять о лояльном отношении к Владимиру херсонесского духовенства — «корсунских попов», в число которых входил Анастас. Это обстоятельство и обусловило его поступок, ставший судьбоносным не только для Херсонеса и князя Владимира, но и для всей Русской земли.

Оригинал статьи на моем авторском сайте

Корсунь.jpg
К.Рерих. Красные паруса князя Владимира

Collapse )
promo sergeytsvetkov april 10, 2015 09:35 189
Buy for 50 tokens
Итак, еще раз условия задачи. Это — сценка со знаменитой вазы Дуриса (V в. до н.э.), изображающая занятия в мусической школе. Один из взрослых мужчин — раб. Древние греки узнавали его по характерной детали. Так который из трёх, и главное, какая отличительная черта присуща рабам, по…

Государство для нас — не машина, а водитель в машине

У нас, в России, так и не было, собственно, создано государственных институтов в виде «механизма», пресловутой «государственный машины подавления и принуждения».

Государству подчинялись постольку, поскольку сами желали, и до тех пор, пока этого желали. Полицейские силы в дореволюционный период были минимальны. Урядник на селе появлялся только в случае уголовного преступления или бунта. Огромные территории были связаны с центром через подушную подать, ясак или договор дедовой давности и фактически не знали государственного принуждения.

Колёса этой машиной вращались не сами по себе, не в силу политической традиции, а постольку, поскольку были с одной стороны воля их вращать, с другой — охота терпеть их вращения.

Collapse )