Categories:

Один день в древнем Новгороде. Часть 2. День

Продолжение. Начало тут

Я ОТПРАВЛЯЮСЬ В ПУТЬ

Выйдя  из дома, я направляюсь к воротам. Наш дом стоит на большом земельном  участке, огороженном высоким бревенчатым частоколом — за него не  заглянешь даже сидя верхом на лошади. На обширном дворе перед домом  стоят хозяйственные постройки — конюшня, свинарня, курятник и прочие.  Остальная земля отведена под сад и огород. Почти всё необходимое для  жизни мы выращиваем и делаем сами.

В  садах новгородцев XIII века росли яблони, вишневые и сливовые деревья,  кусты малины. «Царицей овощей» была репа. Стоила она дёшево, а готовить  её очень просто. До наших дней дошла поговорка — «Проще пареной репы».  Из неё варили похлебки и каши, готовили квас, масло и начинку для  пирожков, ею фаршировали уток и гусей, репу квасили и солили на зиму.  Смешанный с мёдом сок репы использовали в лечебных целях.

Наряду  с репой новгородцы выращивали на своих огородах горох, капусту, огурцы,  свёклу, репчатый лук, редьку. Остальные овощи, обычные на нашем столе,  появились в России значительно позже — в XVI–XIX веках.

Я  выхожу за ворота и оглядываюсь по сторонам. Город утопает в сугробах и  подпирает стылое небо столбами сизого печного дыма (верная примета — к  морозам!). Но мостовая расчищена — за этим строго следят городские  власти. Каждый хозяин двора в Новгороде обязан сделать взнос на  расчистку и починку мостовой.

Первая  мостовая Новгорода была уложена в середине Х века. Для сравнения: в  Париже улицы замостили спустя два столетия, а в Лондоне — только в XIV  веке. 

Новгородские  мостовые представляли собой сосновый настил шириной 3–4 метра,  уложенный на поперечные лаги. Вдоль мостовых были проложены деревянные  желоба и трубы для отвода сточных вод. Срок службы мостовой составлял  примерно 20 лет. Когда она прогнивала, новую настилали прямо поверх  старой. На самых древних улицах Новгорода археологи обнаружили настоящие  «слоёные пироги» из мостовых — толщиной до 28 слоёв! Щели между  брёвнами завалены ореховой скорлупой. Для новгородцев калёные лесные  орехи заменяли семечки и жевательную резинку.

Мой  путь лежит на другой берег Волхова. Река Волхов течёт с юга на север  (из Ильмень-озера в Ладожское) и делит Новгород пополам. Западная,  Софийская сторона называется так по стоящему здесь Собору Святой Софии.  Противоположная, восточная часть города, где находится торговая площадь,  зовётся Торговой стороной. Стороны делятся на концы. Всего в Новгороде  их пять: три на Софийской стороне — Неревский, Загородний, Людин и два  на Торговой — Плотницкий и Славенский. Мой дом стоит на Софийской  стороне, в южной части Неревского конца.

Я  раскалываю зубами первый орех, сплёвываю скорлупу и пускаюсь в дорогу.  Идти недалеко — тысячи полторы шагов. Поспею вернуться домой ко второму  завтраку.

НА ВЕЛИКОМ МОСТУ

Улица, по которой я иду, называется Великой, потому что ведёт к Великому мосту. Он связывает Софийскую и Торговую стороны. 

Посередине моста я останавливаюсь, чтобы полюбоваться видами города.

Софийская  сторона привлекает взгляд высокими стенами и башнями детинца (кремля) и  величественным храмом Святой Софии. Это — душа и сердце нашего города.  Когда новгородцы идут в бой, они кричат: «Умрём за Святую Софию!» Вокруг  кремля виднеются купола множества других церквей, поменьше.

Торговая  сторона знаменита своим рынком. Иначе его называют Ярославово дворище —  по имени князя Ярослава Мудрого, который в пору своего княжения в  Новгороде (до 1018 года) поставил здесь свой двор.

К  югу от Торга, на берегу Волхова, виднеется Готский двор, основанный  купцами с острова Готланд. Он легко различим по характерным очертаниям  «варяжской божницы» — католической церкви Святого Олафа. Между  Новгородом и Готландом 11 дней пути.

Древняя  Русь не зря созвучна со словом «древо» (дерево). Древнерусские города, в  том числе и Новгород, были деревянными. Залежи твёрдого камня —  редкость на бескрайней Русской равнине. Любимыми материалами русских  зодчих были белый камень (известняк) и гранитные валуны из ледниковых  отложений. Их использовали главным образом при постройке крепостных  башен и главных храмов — городских соборов.

Деревянный  город — лёгкая добыча огня. Крупные пожары случались в Новгороде с  периодичностью в 8 лет, иногда истребляя чуть ли не весь город. И тогда  на пепелище вырастал новый Новгород.

Вдоволь  насмотревшись по сторонам, я перегибаюсь через поручни и гляжу вниз, на  мощные опоры моста — городни. Я давно подсчитал их число — 22. Каждая  из них укреплена деревянным срубом с утрамбованной землёй внутри. Но  даже такие сооружения с трудом выдерживают удары огромных льдин в пору  весеннего половодья. Каждые два-три года мост приходится чинить — порой  льдины выбивают до 15 опор.

Волхов  — удивительная река. Замерзает она только в лютые морозы. А однажды я с  изумлением увидел, как её воды текут вспять, против своего обычного  течения. Потом я прочитал в летописи, что такое бывало и прежде.  Например, в 1176 году Волхов тёк вспять целых пять дней.

Волхов  меняет своё течение из-за того, что иногда его притоки в районе  Ильмень-озера мелеют, уровень воды в них резко падает. И тогда  скопившаяся в низовье масса волховской воды устремляется обратно,  течение Волхова на какое-то время меняет направление движения или  останавливается. Последний раз это можно было наблюдать всего несколько  лет назад — в апреле 2013 года.

СКАЗАНИЕ О ВОЛХОВЕ-ЯЩЕРЕ

Когда я смотрю на Волхов, я каждый раз вспоминаю одно предание, которое поведал мне батюшка.

О начале Русской земли и строительстве Новгорода там говорится не совсем так, как в летописи.

В  незапамятные времена жил за Дунаем князь Словен со своим народом —  словенами. Снявшись однажды с насиженных мест, он увёл словен на север.  Их блуждания продолжались долгие годы, пока они не достигли  Ильмень-озера. На его берегу князь Словен основал Великий град, или  Словенск, который ныне зовётся Новгородом. Вытекающая из озера река была  названа в честь старшего сына Словена — Волхова.

Этот  Волхов был искусный волшебник и оборотень. Свои колдовские чары он  обращал во вред людям. Превратившись в ящера-крокодила, он перекрыл  водный путь по реке. Тех, кто отказывался ему поклоняться, он топил или  пожирал. Люди, живущие окрест, стали почитать его, как бога.  Святилища-капища бога-ящера располагались на болотах, по берегам озер и  рек. Главное капище стояло недалеко от Новгорода, в том месте, где из  озера Ильмень вытекает река Волхов. Чтобы умилостивить жестокого  оборотня, в воду бросали чёрных кур, а иногда и юных девиц.

Много  бед сотворил Волхов. Люди боялись его и никак не могли с ним совладать.  Наконец, они обратились к могучему Перуну — богу грома и молнии.  Волхов, узнав об этом, обратился в бегство, а Перун бросился за ним  вдогонку. Много дней продолжалась эта погоня. Как-то раз уставший Волхов  забрался в дупло дуба и там заснул. Перун нашёл его и ударил в дерево  молнией. Новгородцы погребли сгоревшего бога-ящера, но земля просела под  его могилой, и Волхов провалился под землю, в самую преисподнюю.

У  нас в городе есть люди, которые до сих пор верят в Перуна и других  старых богов. Они носят их изображения на шее, вместе с нательным  крестом и иконками. Мне же, хоть я и мал, такие истории кажутся  сказками. Но послушать их я люблю.

Я СЧИТАЮ МЕХА

Торговая  площадь окружена большими складскими клетями — помещениями, где купцы  хранят свои товары. Возле нашей клети стоит пяток саней с ворохами  мягкой рухляди — так у нас зовётся пушнина. Они прибыли с далёкого  севера — из Югорской земли. Ежегодно на исходе осени батюшка отправляет  туда своих людей, потому что именно там добывается самый ценный мех, с  густым и длинным волосом.

По  рассказам вернувшихся оттуда путешественников, земли возле северного  моря-океана потому столь богаты зверем, что животные там сходят на землю  вместе с дождём. Я сам читал в летописи о двух таких чудо-тучах: из  одной из них на землю сыпались белки, а из другой — «оленцы малы».

Жители  Югорской земли — югра — дикий народ, живущий в лесу. С чужаками они не  общаются, так как боятся от них зла. Торговля с ними происходит так:  наши люди оставляют свои товары под большим священным деревом, которое  почитает югра, и уходят. Югра особенно ценит различные изделия из  железа, поскольку своих кузнецов у них нет, а также бусины и другие  украшения из камней-самоцветов. Спустя некоторое время наши люди  возвращаются и находят под деревом меха пушных зверей, принесённые югрой  для обмена.

Мне  нужно счесть привезённую пушнину для того, чтобы знать, сколько денег  мой батюшка сможет выручить за неё у немецких купцов, которые ведут  торговлю с Новгородом. Я достаю из-за пояса писало и начинаю считать  шкурки, делая отметки на куске бересты. Меха уже разобраны по породам  зверей и увязаны в связки по сорок штук — «сороки».

Самая  ходовая пушнина — беличья, ею нагружено четверо саней. Беличий мех  делится на шесть разрядов. Лучшим считается мех зимней белки — с белым  брюшком и голубовато-серой спинкой. Он идёт на воротники и подкладку  праздничных одежд. А превыше всего ценится мех трёх зверей: куницы,  соболя и чёрной лисицы. Сшитые из них шубы могут позволить себе только  самые богатые и знатные люди — князья и бояре.

Посчитав  шкурки, я подвожу итог. Затем для верности пересчитываю всё ещё раз и  прикидываю в уме выручку. Для обмена с югрой было куплено товара на 1  гривну, а привезённая пушнина потянет на 50 гривен. И это только часть  нашей годовой выручки. Торговля зерном, солью, тканями и другими  товарами приносит нам ещё столько же.

Гривнами  в Новгороде называли продолговатые бруски серебра весом около 200  грамм. Гривна была очень крупной суммой: например, обычный конь стоил 2  гривны, а боевой — 3 гривны. Многие работники работали за годовую плату в  одну или даже в полгривны.

Для  более мелких покупок новгородцы использовали так называемые кожаные  деньги — истёртые до кожи шкурки белок и куниц. Мордочка и лапки  зверьков обязательно должны были сохраняться в целости, повреждённые  шкурки считалась бракованными и их стоимость была меньше. Большой  каравай хлеба, которым здоровый мужчина мог питаться целый день, стоил  одну беличью шкурку. Кожаные деньги были таким же платёжным средством,  как современные бумажные деньги, только из другого материала.

На  гривнах часто делали зарубки, по которым считался вес. Такие рубленые  слитки серебра в XIII веке стали называться рублями. За 1 рубль давали  200 белок. Впоследствии рубль стал весить столько же, сколько и гривна, и  постепенно полностью заменил её.

А  вот монетами в Новгороде при жизни Онфима не пользовался никто, даже  купцы. Безмонетный период на Руси длился с конца XII по начало XIV века.

ВЕЧЕВОЙ КОЛОКОЛ

Домой  я возвращаюсь около полудня. На столе меня уже ждёт второй завтрак:  пшённая каша с конопляным маслом, кусок рыбного пирога и овсяный кисель с  мёдом. Пока я ем, батюшка внимательно просматривает мои записи на  берёсте и выслушивает мои пояснения.

Вдруг  в горницу врывается колокольный звон. Это не радостный церковный  перезвон, зовущий на церковную службу, — звук одинокий и гулкий,  тревожный. Так звонит только один колокол в городе — вечевой. Он  находится в кремле, рядом с Софийской звонницей и подаёт голос лишь для  того, чтобы созвать всех новгородцев на городское собрание — вече.

В 1478 году московский государь Иван III принял Новгород под свою руку и повелел увезти вечевой колокол («вечник») в Москву.

Возникшая  позже легенда уверяет, что вечник «в плен московский» не пошёл, а,  добравшись до пределов Новгородской земли на Валдае, выбрал горку  покруче, скатился под неё и, ударившись о камни, разбился на тысячи  осколков, которые превратились в маленькие колокольчики. Проезжавшие  мимо ямщики расхватали их и привесили на упряжки. С тех пор валдайские  колокольцы звонко поют по дорогам России о былой вольности. Но придёт  время, когда они сольются вновь воедино, в вечевой колокол — и настанет  тогда по всей Руси воля вольная.

Батюшка  поспешно одевается. Я упрашиваю его взять меня с собой, и он  соглашается. На вече имеют право голоса только взрослые мужи, но  присутствовать на нём не возбраняется и несовершеннолетним отрокам,  вроде меня.

Возраст  совершеннолетия в Древней Руси наступал для юношей — в 15 лет, для  девушек — в 13. С этого времени молодые люди могли вступать в брак.  Таковы были нормы византийского права, которое после принятия  христианства распространилось и на Руси.

НА ВЕЧЕ

Вечевая  площадь находится в кремле, перед Софийским собором. Кода мы с батюшкой  приходим туда, она уже полна народа и гудит, как растревоженный улей.  Все обсуждают причину вечевой сходки. Дело важное: мы опять выбираем  себе князя.

Понравиться  новгородцам непросто. Вот уже несколько лет право княжить в Новгороде  оспаривают друг у друга два князя: Михаил Черниговский и Ярослав  Владимирский. В прошлом году князь Михаил, казалось, одолел и посадил в  Новгороде своего малолетнего сына Ростислава. Но тот долго не усидел.  Минувшим декабрём на вече взяли верх сторонники Ярослава. Княжичу  Ростиславу показали путь к отцу в Чернигов: «Пойди прочь, а мы себе  князя промыслим». К Ярославу были отправлены послы — звать его на  княжение по всей воле новгородской. И вот, оказывается, сегодня Ярослав  прибыл на Городище, где стоит дворец новгородских князей. По этому  поводу городские власти и созвали вече.

Батюшка  радуется этим вестям. Он ведёт хлебную торговлю с Владимиро-Суздальской  землёй и потому стоит за Ярослава. Добрые отношения Новгорода с этим  князем сулят хорошую прибыль.

Глашатаи  призывают народ к тишине. Вечевое собрание начинается. На высокий  помост поднимается князь Ярослав вместе с двумя сыновьями. Оба они  младше меня: старшему, Фёдору, идёт двенадцатый год, младшему,  Александру, — одиннадцатый. Следом за княжеской семьёй на помост всходят  посадник Степан Твердиславич, тысяцкий Микита Петрилович и архиепископ  Спиридон. Они кланяются князю и просят новгородцев объявить свою волю.

Площадь  оглашается криками — так на вече происходит голосование. Сторонников  Ярослава больше, и они шумят громче. Посадник слушает, поглаживая  бороду, затем выносит решение: быть Ярославу князем в Новгороде. На  площади воцаряется тишина. Ярослав клянётся соблюдать новгородские  вольности и в знак нерушимости своих слов целует икону Пресвятой  Богородицы, которую ему подносит архиепископ. Письменный договор с  князем тут же, на глазах у всех, скрепляется городской печатью.

Народ  начинает расходиться, площадь пустеет. Мы с батюшкой тоже направляемся  домой. День клонится к концу, скоро начнёт вечереть.

Случалось,  что при обсуждении важных вопросов Новгород «раздирался» на две  враждующие половины, и тогда одновременно собирались два веча — одно на  Софийской, другое на Торговой стороне. Раздор часто кончался тем, что  оба веча, вооружившись палками и дубинами, сходились на Великом мосту и  начинали побоище, нанося противникам смертельные увечья и сбрасывая их в  реку. Власти города утверждали решение победителей.

Новгородцы  объясняли свою воинственность тем, что при крещении Новгорода  свергнутый в Волхов идол Перуна бросил под Великим мостом свою палицу, и  с тех пор люди новгородские бьются нещадно друг с другом на этом мосту.

Мои книги
Последняя война Российской империи (описание и заказ)

Звякнуть копеечкой в знак одобрения и поддержки Сбербанк 

4274 3200 2087 4403


promo sergeytsvetkov april 10, 2015 09:35 195
Buy for 50 tokens
Итак, еще раз условия задачи. Это — сценка со знаменитой вазы Дуриса (V в. до н.э.), изображающая занятия в мусической школе. Один из взрослых мужчин — раб. Древние греки узнавали его по характерной детали. Так который из трёх, и главное, какая отличительная черта присуща рабам, по…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded